Илья Мозги
Стрит-арт художник
Екатеринбург
Коротко
– Стрит-арт – это нелегальное рисование на улице без использования всяких бумажек, дядей и прочего. Когда художник берет всю ответственность на себя. Когда он никого не спрашивает, а выходит на улицу и говорит: «Сегодня будет так, я хочу, чтобы сегодня здесь появилась эта работа». Это и есть константа стрит-арта.
(НЕ)легально
– В рамках культуры легальные фестивали должны существовать. Они помогают развиваться, это повод пообщаться, что-то понять, почувствовать. Это прекрасная возможность: тебе дается время, нет никаких ограничений, ты знаешь, что тебя не погонят с выбранного места, не придется разбираться с кем-то – можешь стоять и размеренно рисовать, тем более когда эскизы согласованы. Нужно просто сделать, и все, но они не дают такого запала.
« Ребята, а не залипли ли вы все на легальных фестивалях? Может быть, хватит заниматься коммерцией и снова просто выйдете на улицу порисовать? »
– Мы решили организовать фестиваль с таким вопросом к художникам, состоявшимся на улице: «Ребята, а не залипли ли вы все на легальных фестивалях? Может быть, хватит заниматься коммерцией и снова просто выйдете на улицу порисовать? Вот есть город, есть улицы, краска и все, что нужно».
Карт-бланш
– Организаторы – Слава ПТРК, Вова Абих, Максим Реванш, Никита Номерз и я. Каждый составил список, кого бы он хотел видеть на фестивале и кто в принципе отражает культуру стрит-арта, и мы разослали письма. Половина отказались: лето – активный сезон, многие по миру катаются, и нет возможности приехать. Мы не рассматривали никакие эскизы, опирались только на портфолио художника и предлагали – есть такие-то площадки, если надо, можем найти место, либо сам иди ищи, нам без разницы, – полная свобода.
– Все супертрушно, все на ответственности художника, который приехал. Большинство сами выбирали место, изучали город и в течение недели делали работы, кто-то сделал не одну. Мы показали, что так можно делать, такого не было. Понятно, что можно сказать: «Да зачем мы поедем к вам, мы можем выйти и просто порисовать». Да, но вы не выходите.
Nikita Nomerz в рамках фестиваля «Карт-бланш», фото из группы фестиваля в VK.
– Это был повод собраться всем вместе и устроить такую волну. Тем более за последние два года многие активные художники разъехались, а стрит-арт – такая штука, он вот так раз – и исчезает. И, прогуливаясь по Екатеринбургу, осознаешь, что его практически не стало. Хотя мы, грубо говоря, столица стрит-арта. Обидно! Ходишь и думаешь: «Ну как так, ребята?»
Диалоги
– В какой-то момент ты перестаешь бояться, что тебя поймают или увидят. Маленьким я, конечно, испытывал страх, когда выходил ночью, – оглядывался. Сейчас этого нет. Часто, пока работаю, ко мне подходят люди, и мы спокойно разговариваем.
– Я не всегда ночью рисую: если это большая работа, накидываю ночью с проектора, а днем прихожу и доделываю. Ты можешь подойти, и мы поговорим – я не против, никуда не убегаю, я взрослый человек и знаю, что делаю. Ты вырастаешь и понимаешь – ну, давай обсудим, хочешь – давай я закрашу. Город огромный, я найду 10, 15, 20 этих мест, где могу нарисовать похожую идею – это не страшно. Осознание этого – самое крутое, что произошло со мной.
Работа Ильи.: "Мне нравится эта идея, я живу по этим правилам. Посыл к тому, чтобы ты не сидел на месте".
Начало
– Улица – мой плацдарм для общения, я нашел место, где могу высказаться. Я начинал с хип хопа, танцевал брейк, потом занялся граффити, рисовал баллончиком. Из всего этого остались только инструмент и опыт.
– Мне 30 лет, а рисую я с 16, даже с 14 – тогда с мелков еще начинал. Компьютера тогда не было, мы особо даже не фоткали, мобильника тоже не было – у меня вообще все это поздно появилось. Визуальную информацию принимали с MTV, с каких-то клипов записанных, из журналов. COOL, помню, до дыр пересматривал – я тогда так болел этим: перечитывал статьи Крыса – был такой легендарный художник, который первым начал рисовать в постсоветском пространстве, он из Риги, потом еще были ребята. Это было так классно, просто безумие какое-то.
« Чтобы выйти нарисовать какой-то рисунок, ты делал кучу скетчей в течение месяца и выбирал лучший! »
– Краска стоит денег – надо копить. Чтобы выйти нарисовать какой-то рисунок, ты делал кучу скетчей в течение месяца и выбирал лучший! Сейчас краски до фига, все есть, но того состояния нет.
(НЕ)интересно
– Мне интересно внутреннее состояние, мое мнение о происходящем, и я просто транслирую его на улицах – вот и все. Я обдумываю что-то, мысли по какому-то поводу, и они проявляются на стене. Все пропускаю через себя, я честен перед собой и зрителем.
– Мне не особо интересно, что думают о моих работах посторонние люди, я могу всех выслушать, но мое мнение не будет от них зависеть.
(НЕ)искусство
– Если ты делаешь что-то, предполагая какую-то выгоду – деньги, связи, это больше ремесленничество. Искусство – это чистый порыв. Стрит-арт – это как раз чистый порыв, когда ты никому ничего не должен и тебе никто ничего не должен. Ты выходишь и сам создаешь его, не опираясь ни на кураторов, ни на мнение других.
Работы Ильи на выставке уличных художников, фото с его личной страницы в VK
– Понятно, что художник должен быть принят обществом, в том смысле, что общество должно называть его художником, а не только он сам. Но при этом не надо что-то кому-то доказывать. Ты просто выходишь и делаешь или сидишь и рисуешь, или лепишь.
– Художник создает, менеджер продает. Это другая институция, они занимаются продажей. Я недавно был в Питере, там проходила ярмарка, на которой продавали мои работы. Это стандартное развитие, когда художник сотрудничает с галереей, которая выставляет его работы, продвигает его, но это больше про галерейное искусство.
« Стрит-арт – это как раз чистый порыв, когда ты никому ничего не должен и тебе никто ничего не должен ».
– Стрит-арт – это чистая романтика. Ты просто бежишь, как к возлюбленной, чтобы поцеловать ее, через весь город, или летишь в другую часть мира, и не важно, откроет она тебе дверь или нет. Тут то же самое: ты бежишь на улицу ночью, бл…..ь, с краской, с ведрами, и непонятно, схватят тебя, погонят тебя с этой стены. Просто идешь, и все, и не думаешь, что случится дальше – история рождается шагами художника. Все происходит здесь и сейчас.
Тенденции
– Мода на стрит-арт уходит. Новых имен очень мало. Пока все вывозят на первой и второй волне – это в основном ребята, пришедшие из хип-хопа. Сейчас появляются художники, которые не знают, что это такое. Они приходят отовсюду, в том числе из академического рисунка – совершенно другая публика. Это прикольно, интересно.
– Многие, кто работает на улице, все больше начинают сотрудничать с галереями. Сейчас они заинтересованы именно в художниках уличной волны, как теперь говорят. И развитие идет туда, в Белый Куб. Людям стало это интересно, но можно ли называть это уличным? Навряд ли.
« Развитие идет именно в Белый Куб. Людям стало это интересно, но можно ли называть это уличным? Навряд ли ».
– Работы, сделанные для улиц, в галерейных пространствах не считываются так, как в городе. Даже Бэнкси (у него сейчас выставка в Москве) – я не видел его работы на улице, но понимаю, что в контексте они наверняка намного сильнее. Или ты на улице, где постоянное движение, шум и этот улетающий от девочки красный шарик, или ты просто видишь принт на белой стене.
Текст
– Переломный момент был у меня в 2014 году. Был какой-то тупик – и эмоциональный, и вообще жизненный. Я практически не рисовал ничего, сезон прошел очень тухло. По образованию я рекламщик – и обращаю внимание на состояние улиц, на рекламу. И когда я гулял и видел пустые лайтбоксы светящиеся – они стали катализатором к действию. Я подумал: «Блин, эти светящиеся лайтбоксы – как облачка мыслей, такие «тун-тун-тун». Это было приятно, я почувствовал колею. Тогда я начал работать с текстом, и пока мне нравится работать с буквами.
– Я выбрал определенную форму: максимально упростил визуальную часть, сведя ее до минимума: белый фон, черный текст, самый примитивный шрифт, который использует реклама. Все, чтобы оголить саму идею, чтобы не возникало других контекстов. Сейчас тема с текстами стала модной, много художников работает в этой технике, но меня отмечают на всех текстовых работах – произошла некая монополизация формата. Здесь, в Перми, в Нижнем – не важно, где работа – отмечают меня. Я раньше писал: «Это не мое, отмечайте автора», а потом подумал: «Да пофиг».
Пока снимали для проекта, охранник соседнего здания упорно грубил нам и грозился вызвать полицию.
– Мне нравится – рисуешь какой-нибудь текст, и тебя спрашивают: «А что это?» Ну так прочитай! Недавно рисовал во дворе одного дома на Куйбышева, естественно, все, кто там живет, проходили мимо и спрашивали что-нибудь. Большая часть людей была против, типа «давай-ка лучше не надо». Договорился с ними, что этот текст провисит неделю, а потом я приду и закрашу его. Обманул немного, пришел через месяц.
Дома
–Сейчас придет зима, и мне вот нисколько не хочется выходить на улицу с краской, потому что холодно, и это страдание полнейшее. Я буду спокойно сидеть дома, рисовать на холстах, одно другому не мешает. Работы на холстах не умирают так быстро, и ты можешь их отправить в любую точку мира и выставлять – это большой плюс.
« Сейчас придет зима, и мне вот нисколько не хочется выходить на улицу с краской, потому что холодно, и это страдание полнейшее ».
– Это, конечно, разные вещи – то ли ты на улице и перед тобой гигантская стена, то ли ты дома и можешь сконцентрироваться, потратить на это несколько вечеров, недель. Я просто пробую – вот и все, это для меня еще одно исследование и такой путь.
В городе
– Есть трейд-бомберы, они занимаются только поездами, железной дорогой, метро. Их привлекают ситуации, когда нужно залезть, пробраться, чтобы все было суперскрытно. Я никогда не рисовал на поездах, я выхожу в город – он супербольшой, здесь очень много стен, и непонятно, зачем идти на поезд, когда вокруг тебя все это. Ты можешь нарисовать и отслеживать, как работа живет своей жизнью, что с ней происходит – перекрашивают ее или на ней появляется новая работа – это интересно. И когда закрашивают – это повод пойти и сделать еще.
– Ты вторгаешься в чужое пространство, выходишь в город, и, естественно, когда-то город говорит тебе «нет» или говорит: «Вот пусть день повисит, а завтра я приду и закрашу твою работу». Это взаимодействие, и нужно искать пути, при этом ты не спрашиваешь никого и город тебя не спрашивает.
Где-то рядом с зоопарком.
– Мне комфортно здесь рисовать, комфортно находиться здесь. Я чувствую себя здесь своим, на этих улицах я чувствую, что мне не надо никуда бежать, что я уже дома, и мне хорошо.
– Я бы очень хотел, чтобы построили еще одну ветку метро. Если присмотреться, очень много моих работ рядом с метро: приедешь вечером, накидаешь и фух – домой.
октябрь 2018
О «Карт-бланше», исчезновении стрит-арта в Екатеринбурге и природе искусства.
Больше героев